Записки стюардессы.

Записки стюардессы.

Наконец-то, после шести месяцев обучения и трех месяцев практики во Внуково, наша группа в полном составе приступила к работе, попутно, пройдя еще энное количество комиссий, оформлений и инструктажей. Как говорится, через тернии к звездам. Правда, звезды светили нам в первое время не очень ярко, если не сказать, что небо было абсолютно беззвездным. Начинать в любой профессии сложно. По местным правилам, вновь поступившие должны были отлетать три месяца по странам так называемой демократии. Для ясности объясню – на дворе стоял 1989 год, и наша страна еще называлась гордым именем СССР, а соответственно еще существовали такие дружественные нам страны, как ГДР, Венгрия, Польша, Югославия и далее по списку. Видимо, это была своего рода проверка для еще не оперившихся и не умеющих противостоять империалистическим соблазнам птенцов гнезда Шереметьево, извините за каламбур. Надо было себя зарекомендовать с лучшей стороны, так сказать, доказать свою профпригодность.

В те годы служба бортпроводников базировалась на четвертом этаже здания аэропорта Шереметьево-2 и, если мне не изменяет память, состояла из четырех отделений. Теоретически отделения формировались по направлениям полетов. Первые два отделения летали, в основном, по Европе и Африке, третье и четвертое — дальние полеты, а соответственно многодневные командировки. А география Аэрофлота тогда была куда более обширной и многообразной. Боюсь ошибиться, но, наверное, Аэрофлот летал более чем в 100 стран по всему миру, исключая Антарктиду и Австралию. И это все на наших родных самолетах – ТУ-134, ТУ-154, ИЛ-62, ИЛ-86. Впечатляет! Но это общая картина, а нас в первые месяцы ждали разворотные рейсы по демократической Европе. Расскажу для полной наглядности подробности. Например, тебя назначили на рейс в Софию, который улетает, предположим, в 7 -30 утра. Значит, явиться на рейс ты должен за два с половиной часа до вылета, в 4-30. Встает вопрос, как же добраться до Шереметьева к 4-30 утра? Ответ, если у тебя нет машины — никак, на такси на работу не наездишься. Возможны были два варианта, первый поехать с вечера в профилакторий в г. Лобню, поспать там, в комнате на четырех человека, на железной кровати и потом тебя довезут на автобусе. Второй, которым я, в основном, пользовалась, поехать в Шереметьево с последним автобусом и протусоваться там до утра. Как раз тогда предприимчивые товарищи открывали повсеместно залы для просмотров зарубежных видео фильмов, которые у нас в прокате никогда не показывали. А поскольку для обычных людей видеомагнитофон был большой роскошью, залы пользовались популярностью. Вот и в Шереметьево на первом этаже организовался такой зал. Сколько же я тогда пересмотрела замечательных и не очень фильмов из голливудской коллекции, думаю не меньше 100. Копии были плохими, звук тоже, а перевод закадровый, таким гнусавым монотонным голосом. Звучит не очень привлекательно, но на самом деле студенты кинематографических вузов мне бы наверняка позавидовали. Такой вот вынужденный ликбез! Перед рейсом мы расписывались в журнале, на нас смотрел дежурный инструктор, и мы шли на самолет. Да, совсем забыла сказать, что бригада на ТУ-134 состояла из трех бортпроводников, а на ТУ-154 из 5, в редких случаях, из 6 человек, соответственно на большом ИЛ-86 нас было 12. У каждого номера были свои обязанности — кто-то отвечал за питание на борту, кто-то за сувениры, пледы, полотенца, салфетки, кто-то – за товары беспошлинной торговли и, наконец, кто-то за груз. Ну и бригадир, который понятное дело, над всеми главный, он же общался с экипажем летчиков. Ребят старались ставить за питание и груз, или хотя бы за груз, если парень в бригаде был один. Девушек как-то жалели посылать считать чемоданы под самолет на продуваемое всеми ветрами летное поле. При всем при этом мы являлись материально ответственными. Например, пропал у тебя плед или полотенце или, не дай бог какой-нибудь дорогостоящий парфюм из бокса с товарами – вычитали из зарплаты. Наш путь на самолет тоже был не очень коротким – перед полетом мы проходили врача, таможенный контроль и потом уже на самолете пограничники проверяли у нас паспорта. Самолет надо было осмотреть, принять питание, груз, товары беспошлинной торговли, обо всем доложить командиру, и наконец, встретить и рассадить пассажиров. Считали мы наших пассажиров ни один раз – таковы правила безопасности, цифры по всем спискам должны были четко совпадать, чтобы никакой багаж без пассажира не улетел, и никто с самолета не сбежал. Теперь о самом полете. До Софии (или до других демократических столиц) лететь недалеко, часа два с хвостиком, потом стоянка, во время которой теоретически, можно было успеть сбегать в аэропорт, а практически бегать было некогда, надо было следить за уборщиками, принимать питание, заполнять накладные. Потом новые пассажиры, опять подсчет, взлет, обслуживание, снижение – в общем, часам к трем-четырем ты уже обратно в Шарике (буду употреблять жаргонные словечки). Оставалось только проводить пассажиров и подождать, иногда и не меньше часа, пока самолет разгрузят –заберут питание, товары, багаж, потом через таможню и… в общем, если считать дорогу до дома на автобусе и метро, то часам к 8 вечера ты на месте. А завтра или послезавтра обратно в путь! Вот такая тебе заграница!