Бывший пилот Аэрофлота: конструкция Superjet 100 оставляет желать лучшего

По прошествию года с момента трагической катастрофы в московском аэропорту Шереметьево возникает все больше вопросов о летной годности Superjet 100, несмотря на попытку прокуратуры всю вину взвалить на пилота. 5 мая самолет выполнял рейс RA-89098 между Москвой и Мурманском, но был вынужден вернуться в аэропорт вылета. По словам капитана Дениса Евдокимова, электроника самолета вышла из строя после удара молнии. Superjet сразу же загорелся после очень жесткой посадки, 41 пассажир не пережил катастрофу.

Sukhoi SSJ-100 в ремонте

Sukhoi SSJ-100 в ремонте

По мнению Василия Крюка, генерального директора авиакомпании «Ямал» (на тот момент была крупнейшим оператором SSJ-100 в России после Аэрофлота), пилота с 40-летним стажем работы, опыт эксплуатации показывает, что качество сборки SSJ-100 оставляет желать лучшего. Причиной выхода из строя электроники после удара молнии может быть только некачественная сборка самолета и проблемы со статическими разрядниками. По его мнению чудо уже то, что пилоты смогли приземлиться: полностью заправленный и, следовательно, тяжелый самолет без необходимых летных инструментов. “Действия пилотов заслуживают уважения”, = добавил он.

Вскоре после авиакатастрофы российский региональный авиаперевозчик Yamal Airlines заявил, что отменяет запланированную покупку 10 самолетов Sukhoi Superjet 100.
Игорь Дельдюжев, глава профсоюза летного состава аэропорта Шереметьево, бывший пилот Ту-134, Боинг 737 и Боинг 767, справедливо отмечает, что удар молнии в исправный самолет не должен вызывать сбой радиосвязи или электроники. По его словам, пилоты избегают садиться за штурвал злополучного самолета.

Владимир Сальников, пилот Аэрофлота в 1970–2016 годах, летал на Ан-2, Як-40, Ту-154, Ил-96 и SSJ100, рассказал о том, что одной из причин аварии может быть разряд молнии на летательный аппарат, который защищен от разряда, но мощность молнии может быть настолько велика, что защита не сработает и электроника выйдет из строя. В результате закрылки не могли быть выпущены, что привело превышению скорости при заходе на посадку (стандартная посадочная скорость составляет 250-260 км /ч, в этом случае скорость превышала 300 км /ч).

Впрочем, до трагической аварии в Шереметьево уже были тревожные сигналы о том, что с SSJ-100 не все в порядке. В российских СМИ неохотно признают проблемы, но обычно сваливают вину на производителя двигателей. Это не совсем так. В том числе и в случае с мексиканской InterJet – зарубежным пользователем этой модели.

Там, в первую очередь проявилась проблема чрезмерной усталости металла в хвостовой части и она оказалась более серьезной, чем первоначально заявлено. Но получение четкого представления о том, сколько самолетов ей затронуто и каковы будут последствия, стало проблематичным из-за желания производителя скрыть факты о своих недоработках. Он с гордостью объявил, что инспекция флота была быстро завершена и что проблема “не носит системного характера”.

По результатам проверки выяснено, что якобы дефект может быть устранен в течение нескольких дней. Экспертиза в составе экспертов с сомнительной репутацией и компетенцией подтвердила, что проблема не является критической ситуацией. По их словам, узел имеет многоуровневую избыточную структуру и имеет запас прочности, который более чем вдвое превышает эксплуатационные нагрузки.

На самом деле на завершение ремонта потребовался месяц, что сильно отличается от “нескольких дней”, обещанных производителем. Хуже того, пока шел ремонт, обнаруживались дефекты на других самолетах этой модели. Так, трещины от усталости металла в хвостовой части, обнаружены на половине из 22 единиц SSJ-100, эксплуатируемых мексиканским перевозчиком. Interjet была вынуждена снять с рейсов 11 самолетов и арендовать дополнительный A321, чтобы смягчить последствия. Хотя один самолет, даже с два раза большей пассажировместимостью, не сможет восполнить одиннадцать бездействующих.

Финансовые проблемы, вызванные попытками эксплуатации самолетов от новоиспеченного российского производителя, значительно усугубили положение Interjet на рынке и едва не привели к банкротству. Она оказалась не настолько богатой, чтобы покупать дешевые вещи. Цена SSJ-100 была, пожалуй, единственным привлекательным фактором в пользу их приобретения. Но, как показывает практика, дешевые вещи хорошими быть не могут.

Андрей Бочкарев